Не смотря на столь разные позиции, общепризнанной точкой зрения является сформулированное в 20 веке физикой представление о едином Пространстве-Времени задающим многомерные метрики бытия и тем самым интерпретирующие Время всего лишь как одну из координат многомерного пространственно-временного континуума.

В философии доминирует понимание Времени как условия возможности, как предпосылки субъективности и объективности в любом их модусе, а следовательно, постулирование того, что Время отсутствует и в субъекте и объекте, и «вовне» и «внутри».(Всемирная энциклопедия: Философия, , С. 838).

Из всего этого можно сделать только один вывод, что и философы, как и физики, не знают что такое Время. Достаточно очевидно, что ни Пространство, ни Время не являются атрибутами или модусами материи. Математики и физики нашли удачный выход из положения, объединив их в единое понятие и используя как эффективный инструмент в своих исследованиях. Абстрактность этого инструмента косвенным образом подтверждает отсутствие в нем физической сущности. Если добавить к этому, что во второй половине прошлого века наука стала широко оперировать не со Временем, а со Временами (биологическое, психологическое, социальное и т. д.), то еще более достоверным становится тезис о «нефизичности» Времени.

И так, мы стоим на позиции, которая предполагает, что Время является философской категорией не онтологического, а гносеологического характера. Она необходима как инструмент для исследования процессов движения, в частности, скорости, продолжительности, ритмичности и цикличности изменений. Что касается «стрелы времени» - это красивый, но не корректно придуманный образ; точнее было бы спросить - куда направлен процесс? В прямом смысле слова на этот вопрос ответа просто нет. Речь следует вести о классификации процессов. Здесь следует вернуться к уже упомянутым характеристикам. Это два фундаментальных «потока» противоположного характера: один поток объединяет все процессы энтропийного характера, результатом которых является упрощение системной и структурной организации; второй поток объединяет все процессы негэнтропийного характера, результатом которых является усложнение системной и структурной организации. Получается, что есть не одна, а целых две «стрелы времени», летящие в противоположные стороны.

Существование двух противоположных потоков, как минимум, ставит под сомнение тезис о необратимости времени, а с другой стороны, подтверждает фундаментальный принцип бытия – антиномичность, как важнейший способ существования. А поскольку у творения есть цель, следует полагать, что процессы негэнтропийные должны доминировать над процессами энтропийными

5.3. Процесс

Что же такое процесс? Это то, что исследователь по тем или иным признакам выделяет из общего множества взаимодействий как последовательную смену состояний для наблюдения за ходом развития какого-либо явления и его описания. Понятие процесса является методологическим инструментом, позволяющим исследовать подлинную сущность реальности, поскольку каждый объект может быть понят только в терминах рождения, существования и исчезновения (умирания), т. е. изменения.

Определяя процесс как последовательную смену состояний, мы, в определенной мере, в самом определении допускаем противоречие. Оно заключается в том, что процесс непрерывен в своем движении и изменении, а, следовательно, динамичен. Понятие «состояние», при этом, лежит в области статики. Мы не можем остановить процесс, чтобы рассмотреть то или иное его состояние. Сколько бы мы не восклицали: «Остановись мгновенье, ты прекрасно», чуда не произойдет и мировые процессы не замрут. Вместе с тем, в определенной степени нам удается соприкоснуться с этим «чудом» поскольку для того есть веские основания.

В происходящих процессах и у его акторах есть формы, которые с высокой степенью приближения можно считать инвариантами. Во–первых, это сохранение характера процесса и его повторяемость. На уровне косного мира они обеспечиваются законами (физические, химические), которые, с нашей точки зрения, правильнее было бы называть не законами, а программами взаимодействия. На уровне живой природы – это генетический аппарат, который тоже есть нечто иное, как программа взаимодействия. Во-вторых, несмотря на неистребимую изменчивость, реальностью является сохранение формы существующего, которая определяется его структурами. Инвариантность формы и структуры, конечно в определенных рамках жизненного цикла, опирается, с одной стороны, на программы взаимодействий общего характера и, с другой, - на программы взаимодействий индивидуального характера для иерархического уровня данной сущности.

Кроме того, процессы, которые мы наблюдаем, обладают разной скоростью движения, что позволяет нам условно считать наблюдаемый процесс в виде некоторых состояний, программы, взаимодействия которых не имеют тенденций к мгновенным изменениям. Более того, стабильность некоторых процессов, в которых поддерживается постоянный характер всех или части параметров, позволяет смотреть на него в целом как на состояние, с вытекающими из этого последствиями. Для исследователя, в конечном счете, важны и статика, хотя и относительная, но позволяющая с определенной степенью приближения описывать структуру состояния, и динамика, описывающая соответственно структуру процесса.

Все изменения, которые постоянно и непрерывно происходят в мире Бытия и локализуются в наших восприятиях как процессы, явно распадаются по своему доминирующему направлению движения на два класса прямо противоположного характера. Один класс процессов охватывает все взаимодействия, результатом которых выступает снижение уровня структурной организации, т. е. ее упрощение. Другой класс, наоборот, включает взаимодействия, которые ведут к повышению уровня структурной организации, к ее возрастающей сложности.

Возникновение энергии и движения порождают первичные процессы структуризации. Можно сказать, что процесс структурирования энергии есть ничто иное, как возникновение материи. Поэтому, как мы уже говорили ранее, материя это структурированная энергия. Таким образом, напрашивается утверждение о том, что вектор от бесструктурного Абсолюта к структурированному Бытию есть первичный, базисный процесс творения (становления) и все, что реально существует, имеет структуру.

Мы предлагаем различать два вида организации: системную и структурную. Системная организация имеет отношение к материалу, из которого строится сущность, иначе говоря, материальному, тогда как структурная организация – предполагает совокупность отношений, т. е. - идеальные формы. Существуя вместе и нераздельно, оба вида структур, представляют всю полноту организации сущего: системная – топографию элементов; структурная – совокупность отношений (поведение).

Материя локализуется в структурах, которые определяют ее формы. Локализованная структура (локус) представляет собой относительный инвариант. При постоянных изменениях существующее сохраняет имманентное содержание (инвариант), за счет своей организованности в отношениях с внешней средой, и за счет собственной сущности (программа, смысл, цель) внутри локуса.

Исходя из нашей гипотезы, становится бессмысленными вопросы о «тепловой смерти» Вселенной, о «стреле времени» (хотя бы потому, что стрела в лучшем случае не одна; их две и направлены в разные стороны), а время не имеет физической сущности. Мы исходим из осмысленности творения, а, следовательно, наличие цели.

Два прямо противоположных вектора движения – это два пути и два способа возвращения «блудного сына» (Бытия) в отчий дом (Абсолют). Один способ (упрощение структурной организации) представляет собой возврат к первоначальному (исходному) потенциальному состоянию. Бессмысленность и бесцельность этого пути в целом и для Бытия, и для Абсолюта очевидны. Второй способ (усложнение структурной организации) позволяет совершенствовать актуальное путем всемерного возвышения его одухотворенности. Духовная организация должна стать доминирующей над тварной до такой степени, которая позволяет непосредственно постигать Истину, т. е. возвыситься до Абсолюта. В этом цель: Абсолют постигает сам себя. Не уверен, что на это способен Homo sapiens. Но тогда кто? Наверно, Homo spiritua

5.4. Движение

Движение – понятие процессуального феномена, охватывающего все типы изменений и взаимодействий. Так определяет движение , и мы с ним вполне согласны. Более того, мы считаем, что движение в этом мире начаться не может – оно в нем продолжается. Движение возникает на стадии становления и выступает предельным основанием Бытия. Движение как атрибут Бытия – относительно, а покой – абсолютен. Иначе говоря, потенциальность покоится, а актуальность движется (изменяется). При этом следует отметить, что более широко распространена точка зрения обратного порядка: движение – абсолютно, а покой - относителен. Основанием нашего суждения является тот факт, что для Бытия покой в абсолютном смысле этого слова не существует – это категория Абсолюта. Поэтому, когда мы говорим о реальном мире понятие покоя, применять некорректно, точнее будет использовать понятие относительного покоя или близкие к нему в разных ракурсах - равновесие, устойчивость, стабильность и т. п.

Если говорить о типах изменений и взаимодействий, то можно выделить два основных класса: перемещение в пространстве (количественные изменения) и структурные преобразования (качественные изменения).

Количественные изменения связаны с переносом материи или энергии, однако не предполагают изменения структуры объектов, при количественных изменениях качество объектов остается неизменным; качественные изменения, напротив, связаны с преобразованием внутренней структуры объекта.

Движение, предполагающее качественную трансформацию движущегося объекта, может иметь двоякую направленность: накопление негэнтропийного потенциала и повышение уровня сложности системной организации движущегося объекта, усложняющее и дифференцирующее его связи со средой (прогресс), с одной стороны, и – соответственно – снижение негэнтропийного потенциала и упрощение внутренней и внешней структуры объекта (регресс) – с другой. ().

Классифицируя движение, выделяют его разновидности и формы. К разновидностям относят - движение поступательное и вращательное (правое, левое), а к формам - движение механическое, физическое, химическое, биологическое и социальное.

6. Целое

Попробуйте найти в словарях понятие «Целое». Философы, которые утверждают что это философская категория, от ответа уходят, подменяя определение понятие «Целое» соотнесением двух понятий «Целое и часть». Не давая прямого определения целому, косвенно сводят его к объективной связи, которая объединяет части и приводит к появлению новых свойств и закономерностей.

«Прикладники» в границах своих дисциплин определяют целое как «предмет, включающий в себя, в качестве составных частей, другие органически связанные между собой предметы и обладающий такими свойствами, которые не сводятся к свойствам составляющих его частей».

В общем, как это часто случается в философии, есть не только разные подходы, но и полное непонимание существа самого понятия. Начнем с того, что Целое также как Единое явление уникальное. Уникальность в том, что первое и единственное - это Единое, которое мы определили как Абсолют. Второе, но тоже единственное, - это Целое, которое мы относим к Бытию. Таким образом, и для Единого (Абсолют), и для Целого (Бытие) существуют (или должны существовать) единичные или, как сейчас выражаются, эксклюзивные определения. Категорию Абсолюта мы уже рассматривали выше, поэтому обратимся к понятию Целого.

Начнем с того, что приведем схематичную аналогию, которая делает понятней за счет своей наглядности наши рассуждения:

Абсолют - Первое – Единое – Одно ;

Бытие – Второе - Целое - Многое.

Логика подсказывает, что Целое – это и основание, и сущность Бытия, то, что позволяет ему быть Вторым после Абсолюта и противостоять ему реальностью в качестве отражения потенциального, образуя фундаментальные противоречия: Абсолют – Бытие, Единое – Целое, Одно – Многое, Потенциальное – Актуальное. Во вне Целое обращено к Единому как Одно, но, развернувшись в другую сторону, в себя оно становится Многим, поскольку состоит из бесчисленного количества частей. Медиатором, соединяющим эти две великие единичности, как два полюса, выступает Пространство, принадлежащее одновременно и одному, и другому, вместе с тем, не являясь ни тем, ни другим.

Из приведенной выше аналогии следует двойственный характер Целого, которое одновременно и одно, и многое. Такая антиномичность создает некоторую сложность с определением Целого, разрешение которой мы видим в том, чтобы дать не одно, а два определения: первое, для Целого как Одного, второе, для Целого как Многого.

Если мы утверждаем, что Бытие есть Целое, то, очевидно, что оно Одно и за его рамками нет другого Целого, т. е. оно является в этом смысле единственным и предельным. Мы не знаем границ Целого, но исходя из логики понятий, у Целого должны быть границы. Мы видим и познаем его изнутри, следовательно, в нашем распоряжении два способа изучения Целого: первый – это интуитивно-логический и второй, - познание Целого через его части.

И так, мы считаем, что Целое – это есть Бытие во всей своей полноте и противоречивости: оно одно и многое, что позволяет назвать его целочастным. Целое – это один Мир реальности, представленный бесконечным множеством много – и разнообразия своих частей, через которые он выражает свою сущность. Поскольку понятие это уникальное и ничего другого выражать оно не может, постольку в своем определении оно не имеет каких-либо абстрактных или родовых характеристик. Целое противостоит Единому, являясь его смыслом и целью. Фундаментальной характеристикой Целого, его основанием выступает внутренняя противоречивость, которая сопровождает на каждом шагу процесс его существования. Возьмем хотя бы то, что Целое присутствует во всех своих частях, являясь для них единственно общим признаком. Но, вместе с тем, Целое – это и то индивидуальное, чего нет ни в одной из его частей. Целое не больше, не меньше и не равно сумме своих частей – оно, просто, иное и части не имеют самостоятельного бытия вне Целого.

Невозможно пройти мимо «извечного философского вопроса, что раньше курица или яйцо?». Мы считаем, что «курица», т. е. Целое прежде своих частей. Целое не возникает сразу (одномоментно) в полном объеме своей сущности. Возникновение Целого это всегда процесс, степень зрелости которого характеризуется уровнем целостности или, иначе, уровнем внутренней полноты и единства. Возникновение Целого это процесс обретения всех своих частей и взаимосвязей как между частями, так и частей с целым.

Актуальному Целому предшествует его потенция, которая логикой формирования целостности обращает саму потенцию в цель. Путь от потенции, которая несет в свернутом виде предпосылки, содержащие всю полноту сущности Целого, к цели и есть процесс становления Бытия-Целого. Актуализация потенции реализуется в направлении возрастания степени целостности путем создания и подчинения себе всего многообразия частей и соединяющих эти части связей до полного исчерпания потенции, т. е. достижения цели. Достижение цели – это ее отрицание, исчерпание и исчезновение, а значит – либо Целое должно быть конечным, либо потенция неисчерпаема (скорее всего – второе), т. е. иметь бесконечный каскад целей.

Целое имеет целочастную структуру. Как все в себя вбирающее, оно содержит в самом себе и идеальное, и материальное, проявленное, и непроявленное. Целое как бы замыкает на себя каждую часть, связывая их между собой и гармонизируя новым смыслом, смыслом целого как неразбиенной единичности.

Обратимся теперь к понятию Целого как многого. Следует сразу подчеркнуть, что именно это, второе значение целого в основном используется и в науке, и в быту, соответственно, выполняя роль операционного или бытового термина.

В таком подходе любая часть Бытия является целым, поскольку обладает структурой, а, значит, сама состоит из частей. Из этого следует главное различие двух определений целого. Целое, как одно, предельное, состоит из частей, но само не является частью кого-либо иного. Целое, как многое, обыденное, тоже состоит из частей (это похожесть), но одновременно само обязательно является частью какого-либо иного целого (это фундаментальное отличие, которое делает эти определения совершенно не сводимыми). Больше того, выделение обыденно целого совершенно субъективный факт. Это зависит от субъекта, которому пришла мысль выделить что-то в окружающей реальности и назвать его целым. Таким образом, целое в операционном, прикладном значении – это локализованная по определенным признакам структура, функциональные особенности которой можно рассматривать как ее части.

Важнейшим атрибутом целого является уровень целостности, которую можно определить как взаимосвязанную разобщенность (неслиянность, нераздельность, единство). Целостность подразумевает наличие структурной и системной организации частей, которая в процессе становления приобретает функциональную полноту и устойчивость, т. е. те качества, благодаря которым целое в полном объеме раскрывает особенности, отличающие его от составляющих его частей.

С философских позиций хорошо известно, что целое и часть являются соотносительными, комплементарными категориями в том смысле, что целое определяется через противоположное ему понятие части и, наоборот, когда мы говорим о частях, имплицитно подразумеваем наличие целого. Онтологически это означает, что целого без частей не бывает, а часть всегда существует только в составе целого. При всем том целое парадоксально тем, что хотя оно и состоит из частей, но все же, именно как целое, обладает неделимой единичностью. Это свидетельствует лишь об одном: о самостоятельности существования целого, о том, что целое представляет собой своеобразную систему отсчета по отношению к своим частям.

Содержание целого и части раскрывается через их сопоставления друг другу, и смысл их различен. При этом и часть, поскольку она может выступать в иной иерархии как целое, также может быть принята за систему отсчета. Тем самым, одно и то же явление, один и тот же феномен может оказаться представленным в разных проекциях, под разными углами зрения: как с точки зрения целого, так и с точки зрения одной из многочисленных его частей. Поэтому для адекватного восприятия мира необходимо учитывать, что принято в той или иной модели (гипотезе) за точку отсчета при описании происходящих процессов – целое или часть. Притом, что целое и части имеют разный смысл, они гармонизируются в порядке, определяемом целевой функцией, т. е. разные функции частей интегрируют свои усилия на обеспечение жизнедеятельности целого.

Важным моментом является количественное представление метрики целого и частей, разложение целого как единичного на составные части. В философии существует точка зрения, согласно которой целое потому и является целым, что оно выпадает из меры, т. е. оно «внемерно» и не может познаваться через свои части. В этом смысле концепция меризма, противоположная концепции холизма, исходит из примата части по отношению к целому, так что вся метрическая система мер, а вместе с ней и метрика, широко используемая в частных науках, предполагает определенное главенство части по отношению к целому. Наука изучает части, на основе которых стремится сконструировать образ целого, т. е. в полном соответствии с принципами меризма идет от части к целому.

Существует два возможных типа формирования целого – поглощение частей в целом или полицентризм частей в структуре целого. Это предполагает существование различных стратегий генерализации. Если первый тип предполагает доминирующим признаком структуры целого гомогенность частей, то второй тип – структурное единство разных на основе функциональной специализации.

Бытие целого как единичного дополняет бытие его частей, которые, в свою очередь, выступают раздвоенными в себе единствами. Целое, делясь на части, тем самым порождают новые целостности. Части, собираясь, так же порождают новые целостности. Иначе говоря, в каком бы направлении мы не двигались, мы всегда получаем один и тот же результат – и целое и часть. В этом заключается неразделимая антиномичность целого и части. В частности в органическом мире существует всего три способа возникновения новых целостностей: соединение двух в одно, деление одного на два и отрицание себя в процессе воспроизведения

Все многообразие целостностей строится с использованием всего четырех принципов организации (имеется ввиду совокупность системной и структурной организации):

- Принцип фрактальной организации как множеств с дробной размерностью, нерегулярной разветвленной структурой и вертикально масштабной повторяемостью;

- Принцип иерархической организации как соподчинение низшего высшему и различной конфигурации в пространстве центров активности и их периферии;

- Принцип сотовой организации как множества с четкой пространственной структурой и повторяемостью, отсутствия центра активности, иерархией частей и их связей;

- Принцип сетевой организации как множество центров отношений, автономных, не связанных иерархией, где причастность к целому определяется только желанием части.

7. Хаос и порядок

Уже как-то неудобно в очередной раз повторять то, что явления, о которых так много написано и сказано, не имеют общезначимого определения. По меньшей мере, странно, если не сказать, парадоксально, что, будучи «старше» и философии, и науки, понятия «Хаос» и «Порядок» до сих пор терминологически однозначно не определены. Они размыты по кочковатому полю персональных позиций, на котором находят себе место множество неравнозначных мнений, включая и противоречащие друг другу, что, однако, не мешает их авторам создавать теории хаоса и порядка, целые научные направления и новые дисциплины.

Как уже не раз случалось в нашей истории, ближе всего к истине оказываются наши предки, которых мы, частенько, высокомерно считаем примитивней и глупее себя. У древних – это образ небытия, первородный Хаос как бесформенное первоначало всех мировых структур порядка. Хаос все раскрывает и все развертывает и, в тоже время, он все поглощает, все нивелирует, все прячет внутрь. Он хранитель всех потенций и возможностей выбора. Это область разрешенного, единственное состояние, в котором реализуется абсолютная свобода.

В порядке «лирического отступления», как тут не вспомнить знаменитый и на весь мир известный лозунг-идеал: свобода, равенство, братство! Однако, он даже теоретически утопичен, а какие исторические бури, сколько пролито крови и личных трагедий, и до сих пор этот лозунг на устах, правда, разорванный на куски.

Порядок – это Космос с его красотой и организованностью, подчиненный в своей динамике имманентной закономерности. Так считали предки и хранителями этой позиции, в определенной степени, остаются метафизики. Попробуем сформулировать свою позицию по этой проблеме.

Любая организация (структурная или системная) предполагает дифференциацию и наложение определенных ограничений. Имеется ввиду, что все связи и взаимодействия, есть ни что иное как ограничения. Следовательно, при малейших признаках организации в «океане» Хаоса необходимо говорить о присутствии Порядка. Иначе говоря, Хаос – это состояние, в котором полностью отсутствует какая-либо организация и дифференциация. Что может соответствовать такому состоянию и где его можно предполагать? С нашей точки зрения, только одно понятие может соответствовать этим требованиям – это понятие потенциальной энергии, которую мы определили как субстанциональную основу материи. Здесь и происходит граница между Хаосом и Порядком. Неструктурированная энергия – это царство Хаоса, а материя – это уже мир, где рождается и приумножается порядок.

Поскольку Хаос характеризуется недифференцируемостью и бесструктурностью, постольку, по сути дела, он в своем предельном (абсолютном) состоянии практически не подается формализации. Описать можно Порядок, т. е. материальные объекты, которые обладают дифференцируемостью и упорядоченностью. В этой связи уместным будет отметить, что Порядку соответствует свойство причинности, а Хаосу – случайности. Кроме того, эти категории сами по себе противоречивы, как это не парадоксально, до тождественности ( как монета с орлом и решкой). Судите сами. Полный ( или абсолютный Хаос), как мы уже говорили, означает отсутствие – структуры, дифференцированности, запретов и ограничений, т. е. всеобъемлющее равновесие и, следовательно, полный покой. Выполнить эти условия можно только в состоянии потенции. В этой связи уместно привести, с нашей точки зрения, провидческие слова М. Цветаевой, которая кратко, но весьма емко сказала: « Хаос – это все нерожденное».

В свою очередь, полный Порядок, напротив, предполагает, что все ограниченно. Это, по сути, запрет на любые изменения (ни одной степени свободы); структура «замораживается», а, проще говоря, разрушается. Таким образом, мы видим, что два противоположных состояния: разрешающий все Хаос и запрещающий все Порядок, приводят, в конечном итоге, к одному и тому же результату – полное равновесие и покой, отсутствие изменений и структуры.

Мы вправе, следуя логике нашей гипотезе утверждать, что состояние полного Хаоса и полного Порядка сливаются в единое первоначало (своеобразно аннигилируют) и, что такого явления в границах Бытия быть не может по определению. Это первоначало, трансцедентальное по своему характеру, присуще Единому (Абсолюту), к области которого следует отнести и сами категории Хаоса и Порядка в их предельном значении.

Если посмотреть на эти явления с другой стороны, то можно сказать, что из одной, единичной потенции возникают противоположные состояния. Потенция, актуализируясь, делится на две не симметричные части, которые представляют антиномию. Именно возникающие между этими частями противоречие порождает энергетический потенциал и запускает механизм изменений, борьбы, движения и т. п.

Разбиение потенциала единичности можно считать основным механизмом творения. Весь мир Бытия состоит из противоречий. Противоположности существуют как неразбиенное единство одного и другого. Они части одной потенции и быть актуальными друг без друга не могут. Что касается Хаоса и Порядка, то их первое после предельного состояние ( максимум Хаоса и минимум Порядка ) представлено Пространством, являющимся, в свою очередь, предельным состоянием реальности. И вновь, в порядке «лирического отступления» цитируем, далеко не всем нравящуюся Е. Блавадскую, лучше которой пока никто не смог сказать: «Хаос для чувств, Космос для разума».

Вернемся к определению рассматриваемых нами категорий. Те свойства Хаоса и Порядка, о которых мы говорили, относятся к их предельным состояниям, характерным для Абсолюта. Нас же, естественно, больше интересует характеристика упомянутых категорий в мире Бытия, где они существуют не в предельных состояниях.

Если мы говорим, что в Бытие все структурировано, то в таком случае возникает вопрос – есть ли здесь место Хаосу? Да, есть, но весьма своеобразное. Мы уже отмечали, что упорядоченность Бытия обеспечивается структурной и системной организацией и носит эшелонированный, многоэтажный характер. Это, в частности, иерархия вертикальная, масштабная, горизонтальное много – и разнообразие. Поэтому Хаос в границах Бытия это не просто отсутствие структуры и дифференцированности вообще, а, скорее всего, разрушение структуры на определенных иерархических уровнях, масштабах, множествах, объектах или частичная утрата связей.

Попробуем определить категории Хаоса и Порядка для мира Бытия. Прежде всего, следует сказать, что Хаос и Порядок не альтернативы, а одновременное состояние одного и того же объекта реальности. Ни одна часть Бытия не может находиться в каком-то одном состоянии. В разных пропорциях, но обязательно вместе, Хаос и Порядок присутствуют всегда и везде.

Хаос и Порядок являются понятиями пока еще субьективными, поскольку не имеют количественного измерения. В нашем понимании Хаос - это одно из двух состояний Бытия, для которого характерны равновесность, недифференцированность, свобода выбора и креативная активность. Это сфера безмерной потенциальной разрешенности. Предельное для Бытия состояние Хаоса характерно для Пространства. К функциям Хаоса можно отнести:

- он есть животворящее равновесное, или точнее, близкое к равновесию энергетическое начало, создающее свободу выбора и многообразие путей развития;

- он является универсальным «материалом», из которого возникают структуры, состояния, явления;

- он поглощает все отмирающее, разрушает устаревшее, ненужное, отживающее. Противоположность функций Хаоса (порождающая и поглощающая) позволяет предполагать, что они «перетекают» одна в другую и «закольцовывают» процесс, формируемый двумя противоположными тенденциями (развитие и отмирание). Разрушение приводит к потере энергии и увеличению степеней свободы и тем самым создает благоприятные условия для реализации новых потенций.

Хаос изначален и несет в себе энергетику как универсальный и единственный строительный материал. Он обеспечивает возможности выбора и осуществления актуализации необходимых потенций в виде структур, их комплексов, а также всех процессов происходящих изменений.

Весьма распространенным являются выражения типа «система находится в хаотическом или, наоборот, в упорядоченном состоянии». Но при этом следует помнить, что система понятие субъективное. Ее вычленяет из реальности исследователь по интересующим его признакам. В результате, конструкцию системы можно рассматривать как один из срезов реального объекта по плоскости выбранных признаков. Все это мы говорим к тому, что если речь идет о хаотическом состоянии объекта, а не системы в целом, его следует разрушить, т. е. лишить структуры. Когда же мы говорим о хаотическом состоянии системы, речь идет только о тех признаках, по которым она сформирована. Следовательно, можно говорить об хаотичности объекта по отдельным параметрам системной или структурной организации на определенных иерархических уровнях.

Теперь о Порядке, - это второе состояние Бытия, которое характеризуется комплексом ограничений, налагаемых на Хаос. Таким образом, Порядок возникает в Хаосе, локализуя его часть и формируя из него объекты Бытия. Без Порядка невозможно сотворить реальность. Каждый энергетический «всплеск» принимает в свои «объятья» Порядок. Он накладывает на него два типа ограничений. Один – в виде структурной и системной организации, и второй – в виде правил (законов) их взаимодействия. В противоположность Хаосу, для Порядка характерны принудительность, детерминированность, консервативность (инертность), а его уровень, в принципе, определяет количество ограничений и запретов.

Для Порядка характерны следующие функции:

-создание условий для действия причинно-сдедственных связей как необходимого инструмента творения реальности и достижения цели Бытия;

-придание актуализированной энергии смысла-формы т. е. сущности;

-установление правил (законов) взаимодействия объектов актуализации.

Следует несколько слов сказать о соотношении понятий Порядок и Упорядочение. Что касается понятия Порядок, мы сказали выше. Определить термин Упорядочение можно следующим образом. Упорядочение – это процесс, в результате которого возрастает уровень Порядка, т. е. растет степень регламентации. Нам представляется, что упорядочение нельзя отождествлять с ростом сложности. Они не тождественны и даже жестко не связаны. Упорядочение может сопровождаться и усложнением и упрощением. С усложнением обычно связывают процесс прогрессивного изменения (развития). Таким образом, можно утверждать, что упорядочение – это динамика, а порядок – это статика.

Представляет несомненный интерес связь категорий Хаос – Порядок с понятиями случайности и причинности. Процитируем мнения двух физиков: «Открытие квантовой механики привело к отказу от абсолютного механического детерминизма и заставило положить в основу физического мироздания вероятностные закономерности. Таким образом, сама физика ХХ века устранила главную причину конфликта между наукой и религией, заменив «естественную» причинность классической физики на «свободную» причинность квантовой механики, где невозможно однозначно предсказать поведение электрона в атоме, что дало повод говорить о невероятной прежде «свободе воли электрона» (Владимиров . –М.:БИНОМ. Лаборатория знаний, 2002,с.476).

«Законы физики нередко не имеют очевидного прямого отношения к нашему опыту, а представляют собой его более или менее абстрактное выражение. Примером этому может служить тот факт, что законы физики обратимы, а явления – нет» и через несколько страниц делает заключение: «…мне кажется, я смело могу сказать, что квантовой механики никто не понимает». ( Характер физических законов. Нобелевская и мессенджеровская лекция \ М.: Изд-ьт во НЦ ЭНАС, 2004 с.99 и с.106).

Вот мы и оказываемся на перекрестке выбора - куда идти. Но это ведь не сказка – здесь надо не выбирать, а знать. А для этого, как всегда, нужно разобраться в привычной категориальной и смысловой путанице, так характерной нашей науке и философии.

Ярким примером тому служит понятие энтропия, которое ввел в физику основоположник термодинамики Р. Клаузиус. Не разобравшись до конца с физическим смыслом термодинамической энтропии, ученые ухватились за «спасительный круг», предложенный Л. Больцманом – статистическую энтропию. Дальше – больше: Шеннон вводит понятие информационной энтропии, а затем понятие энтропии переходит границы физики и проникает в самые различные области человеческого знания. Таким образом, энтропия стала многоликой: термодинамическая, статистическая, информационная, динамическая, лингвистическая и еще какая-то. В порядке шутки можно сказать, что мы столкнулись с энтропией энтропии. По-существу, термин вырван из своей узкой предметной области. Красивая непонятность придала ему ареол модной универсальности, позволяющий каждому вкладывать в него свои смыслы и аранжировать их применительно к своему предмету исследования.

Проблемам энтропии посвящено огромное количество публикаций. Мы же, для убедительности, сошлемся только на ряд имен критически исследовавших эту проблему: , , М,,, ,

В форме своеобразного обобщения процитируем известного специалиста в области принципов термодинамики : « В классических и позднейших исследованиях по термодинамике мы не находим не подчиненного статистике безупречно строгого доказательства термодинамических неравенств (за исключением, пожалуй, того хода рассуждений, который был разработан Планком)…Термодинамические неравенства давно и безоговорочно приняты всеми не потому, что они были строго доказаны в термодинамике, но потому, что к ним как к главному и важнейшему выводу, в отношении которого не оставалось возможности сомневаться, привело статистическое толкование второго начала. Что же касается чисто термодинамических выводов неравенств из невозможности перпетуум-мобиле второго рода или из других достаточно широких формулировок второго начала, то они подчас оказывались настолько нестрогими, что многие авторы склонны были усматривать в этой части термодинамики неисправимый логический изъян. Этим и объясняется, что в ряде солидных руководств отрицается возможность чисто термодинамического, не основанного на статистике, обоснования теоремы о возрастании энтропии». (Путилов , М.: Наука,1971)

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7