Глава IX

ПРЕДВЕСТНИКИ, ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

Первоначально, казалось, ничто не предвещало гоби-алтайской катастрофы в полдень 4 декабря 1957 г. Но когда были опрошены жители плейстосейстовой области и изучены следы землетрясения, стало ясно, что это был лишь кульминационный пункт давно готовившихся событий, имевший ряд предвестников. Одним из них был подземный толчок 24 апреля 1956 г. в районе будущего начального эпицентра Гоби-Алтайского землетрясения. О нем рассказали аратки Тумурсухин Лхамсурун, Баян-Мунх и др., пасшие в то - время свои отары между горами Цэцэн и Бахар. Сила толчка, судя по рассказам, не превышала 5—6 баллов, и землетрясение не оставило о себе яркого воспоминания, если бы не вызвало образование широкой трещины с амплитудой вертикального смещения до 1,5 м на западном окончании массива Бахар. Эта трещина, ориентированная приблизительно меридионально и возникшая при слабом землетрясении, очевидно, с близповерхностным очагом, может рассматриваться как признак начала разрядки тех мощных напряжений, которые полтора года спустя привели в движение всю горную цепь Гурбан-Богдо. Бахарское событие 1956 г., на первый взгляд малозначительное, со временем, возможно, обретет глубокий смысл; не исключено, что оно явилось ранним поддающимся объективной оценке предвестником назревшего катастрофического землетрясения. Будущее должно показать, случайно или закономерно это событие, возникают ли подобные трещины только при развитии сейсмоактивных структур гоби-алтайского типа или также при развитии других структур и, наконец, всегда ли одинаков промежуток времени между подобным предвестником и наступлением катастрофы.

По рассказам жителей сомона Баян-Цаган, осенью 1956 г. в районе восточного окончания хр. Баян-Цаган было замечено несколько землетрясений умеренной силы, вызвавших образование на сопках небольших трещин.

Землетрясение в 5—6 баллов ощущалось жителями сомона Баян-Гоби весной 1957 г. (конец февраля или начало марта). Сильные подземные толчки и подземный гул, по восприятию жителей этого сомона, шли со стороны гор Ихэ-Богдо. Таким образом, последнее значительное землетрясение в Гоби-Алтайской плейстосейстовой области произошло приблизительно за 9 месяцев до описываемой катастрофы1. Гораздо

1 и др; (стp, 9—10) связывают это землетрясение с Кяхтинским 6 (7) февраля 1957 г. и делают предположение, что эпицентр Кяхтинского землетрясения

236

слабее (порядка 4 баллов) было землетрясение 4 апреля 1957 г., которое ощущалось в горах Ихэ-Богдо и Баян-Цаган.

О явлении, бывшем незадолго до Гоби-Алтайского землетрясения (его можно рассматривать как предвестник последнего), рассказал арат Дамбажанцангийн Тудэв, живший в урочище Цалу на южном склоне Арца-Богдо. В течение десяти дней, предшествовавших землетрясению, в Арца-Богдо от трех до семи раз в сутки был слышен слабый подземный гул. Последним сигналом надвигающейся катастрофы был сопровождавшийся глухим подземным шумом пятибалльный1 форшок, который по праву можно назвать «ударом милосердия». Многих он спас от увечий, а иных и от смерти: жители успели выбежать из помещений, которые через минуту рухнули.

Мы обращаем особое внимание читателя на весьма любопытную особенность землетрясения-предвестника, будучи пятибалльным, оно ощущалось вдоль всей горной цепи Гурбан-Богдо, т. е. на протяжении по крайней мере 250—270 км, в то время как обычные пятибалльные землетрясения не ощущаются людьми уже на расстоянии первых десятков километров от эпицентра. Это наводит на мысль, что форшок, возможно, был связан с первой незначительной, но общей подвижкой цепи Гурбан-Богдо. Невольно приходится думать, что массовое бегство жителей из помещений при форшоке было связано с особым физиологическим воздействием пришедшей в движение земли. Эти же жители позднее со стоическим спокойствием переносили значительно большие потрясения.

Отмеченные особенности форшока Гоби-Алтайского землетрясения позволяют наметить один из возможных путей решения проблемы срочного оповещения населения сеисмоопасных районов о предстоящем сильном землетрясении. Единая автоматизированная сеть сейсмометрических пунктов, установленных вдоль сейсмоактивной структуры, должна подавать сигналы в информационный центр, а последний в случае одновременных слабых землетрясений на значительной площади (или протяженности) сейсмоактивной структуры — автоматически предупреждать население о предстоящем сильном землетрясении.

Возможность предсказания подобным образом сильного землетрясения следует проверить на примерах сейсмоактивных структур гоби-алтайского, северомонгольского и байкальского типов.

Но возвратимся к событиям четвертого декабря. Через минуту после форшока произошел первый могучий удар, раздался грохот, напоминавший взрывы громадной силы, следовавшие один за другим в течение приблизительно одной минуты, и в воздух поднялись тучи пыли. Грохот наводил ужас на людей, находившихся даже в 75—100 км от гор. Затем последовал главный удар. Он довершил разрушение сомонных центров Баян-Цаган, Баян-Гоби, Богдо и аратского объединения им. Сухэ-Батора. Обваливались или частично разрушались здания в сомонах Баян-Лэг, Хобдо, Чжинсэту и других населенных пунктах. В горах, особенно в центральных массивах Ихэ-Богдо и Бага-Богдо, стоял непрерывный грохот от рушившихся склонов, вершин и от подземного гула. В какой момент катастрофы образовались трещины, установить невозможно, но они несомненно возникли в течение тех 3—5 минут, когда сильнейшие подземные удары следовали один за другим. В этом отношении определенного внимания заслуживают сообщения жителя Богдо-сомона Дэлгэр и аратки Д. Лхам, находившихся во время землетрясения в разных пунктах

находился в районе Ихэ-Богдо. Это предположение основано на недоразумении, так как инструментально определенный эпицентр Кяхтянского землетрясения (7 баллов) находился в 700 км от Ихэ-Богдо (Голенецкий, Пшенников, 1958), а в сомоне Баян-Гоби оно вообще не могло ощущаться.

1 Балльность и степень повреждения зданий всюду приводится по сейсмической шкале ГЕОФИАН (Медведев, 1953).

237

у северного подножия Бага-Богдо. Независимо друг от друга, они показали, что перед землетрясением с запада на восток прошел «ураганный гул», и тотчас за главными ударами по северному склону Бага-Богдо в том же направлении развились темные полосы «в виде поднимающейся черты».

С этими сообщениями согласуется и показание служащего из сомона Баян-Гоби, который видел, как вслед за главными ударами у южного подножия Ихэ-Богдо с запада на восток стремительно развилась черная полоса, быстро скрытая пылью. Любопытно сообщение медицинских работников сомона Баян-Гоби. По их наблюдениям первыми почувствовали землетрясение грызуны, массовое одновременное бегство которых из своих нор, привлекло внимание нескольких человек. Вслед за этим раздался подземный гул — и на склонах Ихэ-Богдо возникли малые поперечные трещины. Затем вторично раздался гул и последовал главный удар. По земле шли волны («как при ритмичном встряхивании матраса»). В это время образовалась главная трещина, развивавшаяся с очень большой скоростью с северо-запада к юго-востоку. Наблюдались световые эффекты: с северо-запада на юго-восток над образующейся трещиной «точно пролетела молния». Затем горы заволокло пылью и больше ничего не было видно.

Естественно, от невольных участников этих полных драматизма событий трудно ожидать точных наблюдений, но в совокупности с другими материалами сообщения очевидцев из трех различных пунктов на территории цепи Гурбан-Богдо все же имеют определенную ценность для выяснения общей кинематической картины катастрофы.

В плейстосейстовой области с запада на восток шли земляные волны. Если судить по остаточным деформациям, своего максимума они достигли в Тормхонской перемычке между массивами Ихэ-Богдо и Бага-Богдо, где амплитуда земляных волн достигала, по-видимому, нескольких метров. Последнее подтверждается как остаточными деформациями (см. рис. 119 и 146), так и показаниями очевидцев. В момент землетрясения по сайру Тормхон в 1—2 км западнее еще не образовавшегося взбросо-надвига проезжал на верблюде председатель партийного комитета Лэг-сомона Шугдэ. Толчок выбил Шугдэ из седла, и он упал в 6—7 м от сбитого с ног верблюда. И верблюд и человек долго не могли подняться на ноги из-за сильных колебаний поверхности земли.

По словам арата, пасшего скот на левом склоне сайра Тормхон, земляные волны «катили овец, как шарики».

Волновое движение земли при землетрясении подтверждается структурным анализом зеркал скольжения на сместителях разломов, возникших 4 декабря (см. главу X, фиг. 181—183), хотя следует оговориться, что в данном случае мы можем судить только о типе движения, но не о его скорости.

Не следует, впрочем, думать, что во всей плейстосейстовой области в течение 3—5 минут царил сплошной ад: как ни странно, на этой растерзанной земле сохранились спокойные «оазисы», где сила землетрясения была вполне ординарной.

Уже сообщалось, что после первых сильных подземных ударов над горными массивами поднялись огромные тучи пыли, особенно высоко (на несколько километров) над Ихэ-Богдо и вслед затем над Бага-Богдо. Они быстро распространились в стороны, вскоре сомкнулись и скрыли всю горную цепь на протяжении, по крайней мере, 220—230 км. В тучах пыли скрылось солнце. Белые юрты, обычно прекрасно видимые на сером фоне бэлей за многие километры, нельзя было рассмотреть за 100— 150 м. Вершины гор появились из пылевого марева к вечеру 5 декабря, но у их подножий, где проходили главные трещины, пыль клубилась еще целые сутки, причем то здесь, то там вновь поднималась при афтершоках

238

В Долине Озер поверхностные волны взломали верхний мерзлый слой грунтов, густая сеть трещин рассекла их на полигональные плиты, и они соскальзывали со своих мест. При неглубоком залегании грунтовых вод: мерзлый грунт дробило мощными гидравлическими ударами снизу. Сыпучие пески пришли в движение — «кипели».

На озерах Орок-нур и Бон-нур лед был взломан и громоздился в высокие торосы по четким прямым линиям. На Орок-нуре ледяные валы под острым углом пересекали длинную ось озера. Льдины надвинулись друг

Фиг. 89. Карта Гоби-Алтайского землетрясения

1 — изосейста V баллов; 2 — площади с силой землетрясения VII баллов и выше; 3 — направление геологических структур; 4 — Северо-Монгольский разлом; 5 — эпицентральная зона Гоби-Алтайского землетрясения (X — XII баллов); 6 —эпицентр Баян-Цаганского землетрясения 7—8 апреля 1958 г. (по местному времени) (X баллов). Крупные точки — эпицентры наиболее сильных афтершоков, по вычислениям

Солоненко

на друга с северо-востока на юго-запад, перемещаясь при этом на расстояние до 6 м. Вместе с тем выбросы ила ориентировались преимущественно по направлению ЗЮЗ—ВСВ. Со дна оз. Орок-нур били фонтаны ила, серыми пятнами растекавшегося по поверхности льда. Вся эта картина (за исключением фонтанов ила) хорошо была видна с самолета еще в начале января, когда наша обследовательская группа несколько раз пролетала над озером.

По рассказам жителей долины р. Туин-гол, лед в нижнем течении реки был взломан и вода поднявшейся волной устремилась к оз. Орок-нур. На пойменной террасе р. Туин-гол верхний мерзлый слой грунта местами был взломан гидравлическим ударом. Во многих пунктах в долинах и межгорных впадинах фонтанировала вода или вода с песком.

Главный удар землетрясения, происшедший в 3 часа 39 минут 43±0,3 сек. (по международному времени) ощущался людьми на площади около 5 млн. км2: почти на всей территории МНР, за исключением самых восточных ее районов, а также в прилегающих к МНР районах Советского

239

Союза (юг Бурятской АССР, Иркутской и Читинской областей) и в северных провинциях Китая (Ганьсу, Нинся, Синьцзян). Площадь, оконтуриваемая пятибалльной изосейстой, достигла 1,4 млн. км2 (фиг. 89), а разрушение построек наблюдалось местами даже в 325 км от эпицентральной зоны. Следует, впрочем, сразу же оговориться, что хотя серьезные повреждения построек имели место на площади порядка 300 тыс. км2, но распределение на ней силы землетрясения было крайне неравномерным (Солоненко, 19602,3).

В Улан-Баторе сила землетрясения достигала 5—6 баллов, в Иркутске 5 баллов, в Улан-Удэ и Чите — 4 балла (расстояния от начального эпицентра соответственно около 700, 900, 1000 и 1300 км).

Мощные удары закончились в течение первых нескольких минут, но очень сильные колебания почвы продолжались еще более двух часов. За первые сутки сейсмическая станция «Иркутск» зарегистрировала более 120 повторных толчков. Как выяснилось впоследствии, часть из них сопровождалась подземным гулом, новыми обвалами в горах и дополнительными разрушениями в некоторых населенных пунктах.

В последующие дни количество землетрясений и сила толчков постепенно уменьшались. Наиболее сильный афтершок произошел 8 декабря. Новые выбросы пыли из ранее образованных трещин поднялись на высоту приблизительно 0,5—1 км. За пылевыми тучами снова скрылись склоны гор. В горах произошли многочисленные обвалы, а в сомонах — дополнительные разрушения ранее поврежденных построек.

Выбросы пыли из трещин происходили и при последующих афтершоках. Их наблюдала группа 20 декабря 1957 г. в зоне разлома у юго-западного окончания оз. Орок-нур. Весьма интересные по своей динамике выбросы пыли из трещин видели Ш. Цэбэк, О. Балжинням и 4 января 1958 г. у северных подножий гор Таряту-ула и Ноян-ула (см. главу X).

Восьмибалльный афтершок (М=6,5) с эпицентром в районе гор Ноян-ула (координаты эпицентра по инструментальным наблюдениям приблизительно 45° С, 100° В) произошел в 12 часов 27 минут 24 февраля 1958 г.

Частные слабые землетрясения, сопровождавшиеся подземным гулом, участники экспедиции отмечали в плейстосейстовой области еще в сентябре и октябре 1958 г.

Что касается землетрясения 7 (8) апреля 1958 г., происшедшего в хр. Баян-Цаган-нуру, то, по нашему мнению, оно должно рассматриваться не как афтершок, а как самостоятельное землетрясение, хотя генетически и связанное с Гоби-Алтайским. Эпицентр Баян-Цаганского землетрясения находился вне плейстосейстовой области Гоби-Алтайского землетрясения, в 16—18 км северо-западнее сомона Баян-Цаган, тогда уже покинутого населением. Координаты эпицентра по нашим макро-сейсмическим наблюдениям: 45°11'С, 98°36'В, что хорошо согласуется с инструментальным определением положения эпицентра сейсмической станцией «Москва» (45° С, 98° В при определении с точностью до Г). В эпицентральной зоне Баян-Цаганского землетрясения образовалась сложная трещинная зона шириной до 50 м и длиной более 15 км. Трещины рассекли крепчайшие скальные грунты. Однако после катастрофы 4 декабря 1957 г. 10-балльное (М = 7) Баян-Цаганское землетрясение не произвело на местных жителей почти никакого впечатления.

Очень интересно восприятие 11-12-балльного землетрясения жителями Гобийского Алтая. Рассказы их тем более достойны внимания, что они поражали нас прозаической объективностью, к которой обычно не склонны люди, пережившие даже 8—9-балльные землетрясения.

Среди монголов-гобийцев не было группового проявления ужаса и паники и не отмечено ни одного случая преступной деятельности — этих

240

Фиг. 90. Аратки (слева) Тумурсухин Лхамсурун и Лхамсурунгин Ценд,

4-го декабря 1957 г они были в начальном эпицентре землетрясения.

Солоненко 4 января 1958 г.

роковых и отвратительных спутников катастрофических землетрясений. Вместе с тем в первые дни после землетрясения замечалась повышенная раздражительность и пониженное внимание людей друг к другу, тормозившее чувство взаимопомощи. Поэтому был весьма важным приток в пострадавшие районы новых людей, которые сумели организовать подвижные отряды для розыска пропавших без вести и для оказания помощи пострадавшему населению.

По сообщению главного врача межсомонной больницы Дянзян Дянцинга, после землетрясения у большинства больных повысилось кровяное давление, в ближайшие два дня после землетрясения отмечено 4 случая преждевременной смерти пожилых женщин (70—80 лет) и один случай преждевременных родов.

В самом начальном эпицентре землетрясения между горами Бахар и Цэцэн во время землетрясения находились две аратки (фиг. 90). Лхамсурунгин Цэнд (18 лет), пасшая отару овец, ни подземного гула, ни толчка не ощутила. Она только заметила, как внезапно бросились бежать овцы и упала лошадь, поэтому причину потери сознания она объяснить не могла. Тумурсухин Лхамсурун (39 лет) находилась в юрте. Почувствовав сотрясение земли, сопровождавшееся гулом со стороны гор Бахар, она хотела выйти из юрты, но на пороге услышала грохот, была сбита с ног и потеряла сознание. Тумурсухин Лхамсурун пришла в себя приблизительно через 3 часа. Вертикальные удары продолжались; от них юрта «подпрыгивала» вверх.

Близ восточного края эпицентральной зоны на южном склоне хр. Арца-Богдо в разных местах в момент землетрясения так же, как и в начальном эпицентре, люди теряли сознание. Арат Дамбажанцаягийн Тудэв показал, что он услышал грохот, увидел пыль, поднявшуюся в южной долине, и потерял сознание. Ч. Дашцэбал и Лхамдэгд успели услышать только сильный гул. Обморочное состояние их продолжалось около часа.

241

Не совсем обычный случай сейсмошока произошел с С. Дэлгэр на южном склоне горы Булаганту (восточное окончание плейстосейстовой области). Идя за водой, она услышала грохот и потеряла сознание, однако пришла в себя в юрте, но как до нее добралась, не помнит. Ее муж, бывший дома, также потерял сознание, а дочь и брат мужа погибли.

В отдельных случаях люди, находившиеся даже близ образующихся главных трещин сознания не теряли. Так, на северном склоне Бага-Богдо рядом с семилетним мальчиком, пасшим скот, образовалась трещина; он был этим напуган до слез и впоследствии ничего не мог рассказать. Однако он не только не потерял сознание, но как только главные удары прекратились и стало возможно стоять на ногах, побежал к своей юрте.

Жертвы среди населения, как уже отмечалось, были весьма незначительными, что объясняется очень слабой плотностью населения в полупустыне Гобийского Алтая. В зиму же 1957/58 г. население было особенно малочисленно, так как в связи с засухой 1957 г. урожай трав был плохим, и большая часть скотоводов со своими стадами откочевала на другие пастбища.

Разрушение общественных зданий (все они одноэтажные) произошло после форшока, побудившего людей покинуть помещения. В некоторых же случаях люди уцелели по не совсем понятной, но счастливой случайности. Так, например, в Дзун-Богдо-сомоне, очевидно, в силу повышенной внутренней выдержки, свойственной дисциплинированным, коллективам, после толчка-предвестника школа не была покинута учащимися и учителями. Первый же главный удар разрушил школьное здание до основания, однако только две ученицы получили легкие ранения, а все остальные остались невредимыми.

Немаловажную роль сыграло то, что почти все население районов, наиболее пострадавших от землетрясения, живет в юртах.

Наконец, большое значение имела быстро организованная правительственными органами МНР действенная помощь населению. Люди гибли только в горах — под обвалами или были убиты камнепадами.

Животные реагировали на землетрясение очень остро. Они первыми почувствовали землетрясение и бросились бежать: овцы и козы бесцельно, часто в горы — навстречу своей гибели, лошади и часть собак за ними — в степь, другая часть собак с воем и визгом носилась вокруг жилищ людей. Верблюды — самые бесстрашные животные пустыни — в большинстве лишь повертывали головы в сторону гор, откуда слышался подземный гул и грохот обвалов, и, широко расставив ноги, укреплялись на волнующейся земле. Порой их спокойствие привлекало внимание не только домашних, но и диких животных, которые, вбежав в стадо верблюдов, также останавливались. Но если подземный удар сбивал верблюда с ног, то в отдельных случаях это кончалось гибелью животного от шока. На случаи потери сознания у верблюдов и лошадей никто не указывал. Собаки же и погибали, и теряли сознание, а некоторые из убежавших вслед за лошадьми в степь не вернулись к своим хозяевам. Даже несколько месяцев спустя у некоторых собак сохранялся, панический ужас при явлениях, хотя бы отдаленно напоминавших землетрясение (например, гул и сотрясение почвы при движении трактора).

Из гор в долины спустились стада горных козлов и баранов, среди них были раненые животные. Обычно осторожные, они приблизились к селениям, словно чувствуя здесь большую безопасность и несколько дней паслись вместе с домашними животными.

В первые дни после землетрясения, когда еще продолжались сильные и частые афтершоки, были отмечены массовые случаи миграции диких животных на север и юг от Гобийского Алтая. О другом случае —

242

переселении животных в плейстосейстовую область сообщил группе работник Баян-Хонгорского аймака Баточир. В 50—60 км южнее сомона Баян-Цаган он видел после землетрясения три стада куланов приблизительно в 60, 100 и 200 голов, двигавшихся на север. Куланы, очевидно, шли из Заалтайской Гоби (Бобров и др., 1959).

Из домашних животных более других пострадали козы, излюбленным местопребыванием которых служат крутые горные склоны, и основная гибель животных была связана с обвалами и камнепадами. В окрестностях гор Улдзит у нескольких аратов много скота поглотили трещины, широко раскрывшиеся среди пасшихся стад, а затем сомкнувшиеся. Впрочем, общее количество погибшего скота было невелико, по-видимому, около 1000 голов, из них более половины — козы.

Последствия землетрясения, разрушительные для искусственных сооружений, зарегистрированы на площади около 300 тыс. км2. Однако в связи с весьма низкой плотностью населения, живущего преимущественно в войлочных юртах, малочисленностью и малогабаритностью построек, общее число разрушенных зданий было небольшим. Наиболее пострадали населенные пункты, расположенные вдоль южного подножия хр. Баян-Цаган и Гурбан-Богдо: сомонные (районные) центры Баян-Цаган, Баян-Гоби, Дзун-Богдо, Лаян-Лэг и аратское объединение им. Сухэ-Батора.

Сомон Баян-Цаган расположен в 50—55 км западнее начального эпицентра Гоби-Алтайского землетрясения. Из первого сообщения следовало, что все 24 каменных общественных здания в сомоне полностью-разрушены, в земле образовались крупные трещины шириной до 1 м, из которых изливалась вода, т. е. указывались признаки, свойственные землетрясениям силой в 10 баллов. При нашем обследовании бывшего-сомонного центра 6 ноября 1958 г. выяснилось, что в действительности обрушилось только здание больницы (фиг. 91), а остальные здания покосились, были разбиты многочисленными трещинами, но не обрушились. Стены здания больницы упали на северо-восток — к эпицентру. Лучше устояли стены, ориентированные в юго-восточном направлении, а также стена, обращенная от эпицентра. Вместе с тем у ряда зданий стены оказались наклонены на запад, т. е. от эпицентра. Во время нашего обследования было уже невозможно установить, связана ли эта деформация с Гоби-Алтайским или Баян-Цаганским землетрясением, эпицентр которого находился в 16—18 км северо-западнее сомона. Все дома сомонного центра после Гоби-Алтайского землетрясения для дальнейшей эксплуатации стали непригодны, и сомон Баян-Цаган был покинут населением. Новый сомонный центр строится в 12 км к юго-востоку от руин (фиг. 92) бывшего сомонного центра.

В нескольких километрах западнее начального эпицентра землетрясения находилось здание. конторы аратского объединения. Здание не просто обрушилось, а было отброшено к западо-юго-западу (от эпицентра), почти все части перекрытия и крыши оказались за периметром здания, а отдельные камни отлетели от бывшей стены к западу на 10— 15 м (фиг. 93). Это указывает на резкое и весьма значительное смещение почвы на восток (к эпицентру) при первом разрушительном ударе. Сомон Баян-Гоби, расположенный в Цагангольской впадине, южнее главной южной (Цагангольской) трещины, Гоби-Алтайским землетрясением был разрушен полностью. IB настоящее время сомонный центр находится на новом месте, около источника Цаган-булак, в 9 км к юго-востоку от руин старого сомона (фиг. 94). Разрушению подверглись сильнее стены, ориентированные в северо-восточном направлении (фиг. 95), а из них — юго-восточные стены, которые падали к юго-востоку, в сторону от эпицентра. Часть зданий разрушена до основания, но по развалинам видно, что стены падали к северо-востоку и юго-востоку.

243;

Фиг. 91. Баян-Цаган-сомон. Руины больницы. Солоненко

Фиг. 92. Руины Баян-Цаган-сомона. Солоненко 6 ноября 1958 г.

Фиг. 93. Развалины конторы аратского объединения, располагавшейся вблизи начального

эпицентра землетрясения.

Солоненко 3 января 1958 г.

Фиг. 94. Баян-Гоби-сомон. Развалины здания ветеринарного пункта. Стены, противопо-

ложные эпицентру, разрушены до основания.

Солоненко 29 октября 1958 г.

При землетрясении в самом сомоне Баян-Гоби и в его окрестностях в мерзлом грунте образовались многочисленные трещины: местами из них били фонтаны воды на высоту до 1,5 м.

Сомон Дзун-Богдо также полностью разрушен землетрясением. В отличие от сомона Баян-Гоби у всех небольших домов и подавляющей части больших домов стены падали ве в одну, а во все стороны (наружу), хотя саманные ограды и часть стен крупных домов рушились преимущественно на юго-восток или на северо-восток. У нескольких домов








Фиг. 95. Восточная часть Баян-Гоби-сомона.

I — частично разрушенные стены; II — стены, разрушенные до основания: 1 — магазин; 2 — сомонное управление; 3 — клуб; 4 — больница; 5 — ветеринарный пункт; 6 — магазин

обрушились перекрытие и кровля, а стены устояли. Дощатые 'постройки, бывшие в сомоне, не обрушились, но были очень сильно деформированы.

На южном склоне Бага-Богдо около развалин монастыря Ноян-Хутухтин-хид находилось шесть саманных домов на фундаментах из дикого камня. У пяти домов все стены обрушились наружу, а шестой устоял. Выдержал землетрясение и дощатый дом, он сильно наклонился к юго-востоку и разошелся в пазах.

Здесь же можно было наблюдать весьма оригинальный случай разрушения саманного сарая. По остаточным деформациям видно, что из-под стен резким рывком к северо-западу 300° был выдернут фундамент из дикого камня. Устоявшая юго-западная стена сместилась относительно фундамента к юго-востоку 120° и карнизом нависла над фундаментом (фиг. 96). Обе стены северо-восточной ориентировки упали на юго-восток. Здесь же стояло две юрты. По рассказам жителей все вещи упали к востоку. Как рушились дома, жители не заметили.

В центральном хозяйстве аратского объединения им. Сухэ-Батора в восточных предгорьях гор Бага-Богдо все постройки были разрушены.

Сомон Ховд, расположенный к востоку от гор Бага-Богдо, пострадал мало: здесь обрушился лишь один старый саманный дом и упала ограда из необожженного кирпича. Остальные дома получили лишь легкие, реже значительные повреждения (трещины в печах, тонкие трещины в стенах, осыпалась глиняная затирка и т. п.). Вместе с тем,

246

Фиг. 96. Разрушение саманного сарая горизонтальным ударом. Стены, имеющие азимут

120—300° устояли, но сдвинуты с фундамента. Юго-восточное предгорье хр. Бага-Богдо,

район монастыря Ноян-Хутухтин-хид.

Лукьянова 5 октября 1958 г.

в окрестностях cомона в, грунте образовались крупные трещины, из которых местами фонтанировала вода.

Из населенных пунктов, расположенных в некотором удалении от цепи Гурбан-Богдо, наиболее пострадал сомон Баян-Лэг. В нем разрушено 10 зданий, в том числе 4 из обожженного кирпича, а 8 зданий bз обожженного кирпича получили значительные повреждения и потребовали капитального ремонта. Дома, расположенные в 2—3 км юго-западнее, ближе к центру впадины, не повреждены.

Что касается основного типа жилищ в Гобийском Алтае — войлочных юрт, то они блестяще выдержали испытание. Разрушения юрт в основном были вызваны горными обвалами. Но в отдельных случаях даже это, казалось бы, самое сейсмостойкое жилище не выдерживало страшного подземного удара. Так, ударом снизу была сплющена юрта близ гор Улдзит; она оказалась затем на поднятом крыле взброса с амплитудой вертикального смещения до 5—6 м. Но такие случаи были крайне редкими. Обыкновенно даже при образовании трещин под юртами последние после перестановки на новое место оказывались пригодными для жилья. Подобные случаи отмечены в урочище Бургатай у юго-западного подножия Ихэ-Богдо; в урочище Лодой у северного подножия Бага-Богдо юрта при этом приобрела эллипсоидальную форму, но уцелела. На главной же трещине у северного подножия Ихэ-Богдо юрта была разорвана и отдельные ее половины смещены в разные стороны в горизонтальном и вертикальном направлении.

Повреждения построек наблюдались на всей площади с силой по трясения в 5 баллов и выше, а в районах с силой потрясения в 7 баллов и выше (см. фиг. 89) отмечены разрушения. Особенно интересно возрастание силы землетрясения в районе г. Цэцэрлэга (Архангай) в 285—300 км от эпицентральной зоны: на общем пятибалльном фоне сила землетрясения достигла здесь семи баллов. В городе было повреждено

247

более 120 дымовых труб и печей, частично разрушено здание туберкулезной больницы, значительные повреждения получило здание школы, покосилась часть деревянных домов. Несколько слабее пострадал центр Убур-Хангайского аймака Арбай-Хэрэ. Здесь повреждены гараж автобазы и здание интерната, в нескольких домах упали печные трубы, повреждены печи, осыпалась штукатурка.

Крайними пунктами, где наблюдались деформации построек, являются города Улан-Батор и Иркутск. В Улан-Баторе, расположенном в 700 км от эпицентральной зоны, отмечены многочисленные случаи значительных повреждений зданий (трещины в перегородках, тонкие трещины в стенах, повреждения печей и труб, осыпание штукатурки, небольшие осадки зданий и т. п.). По ряду признаков сила землетрясения в Улан-Баторе могла быть оценена в 6 и даже 7 баллов, но в действительности она не достигала 6 баллов. Многочисленные деформации зданий объясняются тем, что они находятся в перенапряженном состоянии в связи с глубоким (до 6 м) зимним промерзанием грунтов и наличием островов вечной мерзлоты, что не всюду достаточно учитывалось при постройке.

В Иркутске (900 км от эпицентра) сила землетрясения была примерно такой же, как и в Улан-Баторе, но количество случаев повреждений, построек было значительно меньшим. Последнее объясняется лучшими по сравнению с Улан-Батором инженерно-геологическими условиями и повышенной сейсмостойкостью зданий. Но и в Иркутске отмечены многочисленные случаи растрескивания печей, штукатурки и осадки немногих старых деревянных построек. По-видимому, этим землетрясением было вызвано уплотнение достраивающейся земляной плотины Иркутской ГЭС, что резко сократило фильтрацию воды на участке плотины, доставившей много волнений строителям. Это редчайший случай, когда землетрясение оказало благотворное влияние на искусственное сооружение.

Распределение макросейсмических эффектов по площади, охваченной землетрясением, было чрезвычайно неравномерным. Особенно резко «гасила» толчки Долина Озер: за ней уже в 20—25 км от разлома Богда сила землетрясения понизилась на 5—6 баллов и во многих пунктах не превосходила силы толчков в Иркутске. Так, сила землетрясения в сомо-не Богдо-ула едва достигала 5—6 баллов'. Несмотря на слабую сейсмостойкость (дома из сырого кирпича или дикого камня на глинистом растворе) только часть зданий здесь получила легкие повреждения (фиг. 97), другие же не были деформированы.

Не сильнее пострадала ферма, расположенная приблизительно в 75 км на запад-северо-запад от сомона Богдо-ула, в северной части Долины Озер. Здесь не были повреждены ни глинобитные дома, ни скотные дворы с тяжелыми глиняными крышами. По этим признакам, а также по ощущениям аратов, сила землетрясения на участке фермы не превышала 5 баллов. Ферма стоит и а небольшой возвышенности среди солончаков, поверхность которых разбита густой сетью трещин гидравлического удара с поперечником «ячей» этой сети 1 —1,5—3 м, местами больше но чаще меньше. Вместе с тем, ферма находится всего в 20—25 км от Ноян-Бахарского отрезка разлома Богдо, где сила землетрясения достигала 11—12 баллов.

В сомоне Баян-Улан, расположенном в Долине Озер близ северного подножия гор Бага-Богдо, все постройки сохранились полностью.

В южных долинах и впадинах ослабление силы землетрясения выражено менее отчетливо, что с нашей точки зрения объясняется меньшей тектонической обособленностью и малой мощностью мезо-кайнозойских

1 Сообщение , С. Балдана и о том, что в этом сомоне из 13 зданий 9 разрушено и 3 сильно повреждены, не соответствует действительности.

248

ПРОДОЛЖЕНИЕ Part 2_9_2.doc