Челябинский государственный университет

МИФОЛОГЕМА АПОКАЛИПСИСА В СРЕДСТВАХ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ

// Коммуникативные аспекты языка и культуры : сборник материалов XII Международной научно-практической конференции студентов и молодых ученых. Ч.2. / под ред. : Национальный исследовательский Томский политехнический университет. – Томск: Изд-во Томского политехнического университета, 2012. – С. 149-154.

В центре внимания нашего исследования – катастрофическое сознание как крайний пример чрезмерного обобщения, при котором влияние на индивидуума очевидно негативного события или переживания расширяется до крайних размеров. Катастрофическое мышление – это мышление, оценивающее мир в терминах опасностей и угроз, смещенное в сторону акцентуации опасностей». В основании катастрофического мышления лежит катастрофизм как страх перед будущим и пессимизм. Вера в грядущую катастрофу, страх перед ней, проистекающий из этой веры, - также непременные составляющие катастрофического мышления [Шляпентох, 1999].

Катастрофизм — это подструктура тревожного сознания, питающая его опасениями природных катастроф, беззаконием, обнищанием и угрозой войн и пр. Очевидно, что в современном обществе наблюдается высокий уровень катастрофического сознания в определенных группах и высокий уровень массовых страхов в обществе в целом. Воздействие массовых социальных страхов на поведение особенно значительно в моменты национальных катастроф.

Качество жизни в обществе во многом зависит от интенсивности страха. Эмоционально-чувственную сторону социальной жизни человека и общества можно описать как постоянное колебание и смену комбинаций уверенности и страха. Хотя в каждый момент времени соотношение этих характеристик может смещаться в ту или иную сторону, в целом «нормальное» сознание в обычной, не экстремальной ситуации сохраняет некий приемлемый баланс, который можно обозначить как удовлетворительно комфортное состояние [там же].

Страх как социальное чувство — неотъемлемый элемент ментальности практически всех наций мира. Однако устойчивое смещение чувств в сторону тревожности, беспокойства, страха, тягостных ощущений неуверенности ведет к эмоционально-чувственному дисбалансу. Если чувство страха становится постоянной характеристикой мышления, «застревает» на длительное время, можно говорить о формировании катастрофического сознания.

Тревожность и страх, доходящий до панических атак, являются теми социальными чувствами, которые активизированы у субъектов с катастрофическим сознанием. Это предполагает пессимистическую оценку будущего, часто складывающуюся в результате пессимистической оценки настоящего, катастрофическое мышление имеет тенденцию экстраполировать нынешние опасности и проблемы на будущее.

Хранилищем страхов принято считать наше бессознательное. Помимо общего для всех нас страха смерти, бессознательное также хранит индивидуальные и групповые страхи, негативные эмоциональные или физиологические реакции на определенные опыты - личные или коллективные. Важным механизмом и источником страхов, описанным в работах , являются архетипы, легенды и мифы массового сознания, передаваемые из поколения в поколения и находящие отражение в архетипических мифологемах. В научной литературе мифологема часто используется для обозначения заимствованных мифологических мотивов и перенесения их в мир современной художественной культуры.

Есть люди — индивидуумы и группы, — чье отношение к страху является пассивным, в силу чего они могут быть названы «получателями» (реципиентами), или носителями страхов. Наряду с «получателями» страхов существуют и их «производители», т. е. люди и организации, чья активная позиция способствует созданию и распространению страхов [там же].

Производители и распространители массовых страхов включают политических деятелей, идеологов, журналистов, преподавателей, писателей и других людей, формирующих общественное мнение, иными словами, всех тех, кто имеет доступ к общественности. СМИ очевидным образом способствуют формированию катастрофического мышления. Последнее время в СМИ довольно часто появляются материалы, посвященные боязни катастроф, различным страхам, подхлестывающим массовое сознание.

Несмотря на то, что относительно мало респондентов называют СМИ в числе важных средств получения страхов, именно страхи, передаваемые через СМИ, имеют наибольший общественный резонанс. Именно эти страхи являются наиболее разделяемыми, наиболее общими, типичными для людей. Создавая эффект массовости и делая общество взаимосвязанным, СМИ многократно усиливают любое социальное явление, как положительное, так и отрицательное. Катастрофическое мышление порождается информационным характером современного общества.

Доминирующим дискурсом последних лет, в связи с мировым экономическим кризисом и катастрофическим загрязнением окружающей среды, становится гонка между апокалипсическими предсказаниями. Апокалипсис, или конец света, – распространённый религиозный фразеологизм, означающий спрогнозированную либо воображаемую угрозу прекращения существования всех людей, цивилизаций, всего человечества, Земли, или даже Вселенной. В более узком смысле — уничтожение всего живого, крах, нечто, что невозможно пережить, нечто невообразимое. Архетип апокалипсиса, или конца света присутствует в большинстве религий мира, это представление о предстоящем прекращении существования человечества. Как правило, конец света представляется в виде окончательной битвы между силами добра и зла, в результате которой человечество погибнет. Наиболее наглядно идея конца света развита в иудаизме и христианстве, в которых после конца света должен прийти мессия, чтобы победить зло и совершить Страшный суд над всеми живыми и мертвыми, воздающий каждому по его вере (с точки зрения протестантов) или его делам (с точки зрения остальных христиан). Фоном Страшного суда становится мировая катастрофа — разрушение мира, потоп, мировой пожар. Т. о. обязательные семантические компоненты мифологемы апокалипсиса – это битва добра и зла или катастрофа, прекращение жизни на Земле, приход мессии, Страшный суд.

В СМИ широко представлены метафорические образы конца света, в которых находят отражение архетипы и мифологемы апокалипсиса. Мифологема апокалипсиса, широко применяемая СМИ, обобщает глобальные, универсальные темы и сюжеты конца света, характерные еще для архаического сознания, дожившие до наших дней и имеющие широкое распространение в культурах народов мира. Мифологема апокалипсиса выступает в качестве композиционной основы любого произведения-катастрофы. Исторически первой формой реализации мифологемы апокалипсиса в лингвистическом материале выступают мифы о конце света. Другие ступени актуализации мифологемы представляют собой священные тексты развитых религий, фольклорную традицию (легенды, предания, саги, былины, сказания, а также сказки, песни и баллады) и произведения классической литературы, составляющие в совокупности корпус прецедентных текстов.

Объективируясь на языковом субстрате, мифологема апокалипсиса определяет сюжет речевого произведения, а также специфику целого жанра. Мифологема является «цементирующей» единицей, объединяя в вертикальном контексте тексты разных эпох и культур, а в горизонтальном контексте – тексты различных родов, жанров и стилей, выступая таким образом в качестве макроединицы интертекстуальности [Шишова, 2002].

Лингвистическая объективация мифологемы апокалипсиса в СМИ осуществляется на всех уровнях текста средствам, специфическими для каждого из выделяемых уровней. На макротекстовом уровне мифологема может быть эксплицирована в заголовке статьи:

На сегодня «назначены» конец света и Страшный суд

в подзаголовке

По словам автора пророчества, в рай попадут только 2% населения Земли.

а также в тексте в развитии сюжета:

Гибель всего человечества 21 мая 2011 года «предсказал» известный американский телепроповедник 89-летний Гарольд Кемпинг. По его словам, Иисус Христос должен был вновь явиться людям и учинить над человечеством Страшный суд, после чего 98% населения будут отправлены в ад за свои грехи. [http://www. *****/society/news/86865]

На стилистическом уровне мифологема объективируется символами (например, конец света как символ бренности всего сущего, мира, символ начала новой жизни, обновления, символ победы добра над злом); метафорами (в частности, метафоры Страшного суда, метафоры, представляющие различные природные катастрофы как Суд Божий, наказание Бога человечеству за его грехи, метафоры, представляющие природу и окружающий мир как исполнителей наказания Бога), аллюзиями, отсылающими к прецедентным текстам иных эпох и народов (прежде всего, к Библии, Новому Завету, Корану, а также к различным мифам, сказаниям, легендам), которые часто реализуются посредством топонимов, антропонимов (упоминания Иисуса Христа, апостола Иоанна, пророка Мухаммеда).

На лексическом уровне экспликации мифологемы апокалипсиса служат лексические единицы и словосочетания, входящие в соответствующее семантическое поле и употребляющиеся как для описания собственно грядущего конца света:

21 декабря 2012 года Земля погибнет ... Начнутся извержения вулканов, наводнения, Землю охватят пожары. Смогут уцелеть только 35 млн человек - ничтожная доля процента от всех живущих на планете. Нынешние государ­ства будут разрушены [http://www. *****/society/article/48461]

так и ситуаций другого типа, тем не менее мыслящихся как конец света, например, проигрыш в спортивных состязания:

Для России наступил конец света: Канада ликует, а для российских хоккеистов Олимпиада закончилась [http://www. *****/article/26Feb2010/faz/olimp4.html]

Или Ванкуверский конец света

Россия обескуражена неудачами на Олимпиаде, ее последняя надежда – взять реванш в хоккее – разбита.

[http://www. *****/article/26Feb2010/inotheme/vancouver. html]

Финансовый кризис – не менее значимое событие, сопоставимое с концом света:

«Армагеддон» - экономический и финансовый апокалипсис, наступления которого опасается американский президент Барак Обама, если американский политический класс не образумится в ближайшие дни, пишет издание

[http://www. *****/article/18Jul2011/repubblica/usa. html]

Метафора, представляющая предстоящие выборы как апокалипсис, также достаточно распространена в СМИ и в политическом дискурсе:

Летом в Москве политическая жизнь обычно замирает заметнее, чем в западных столицах. Однако в этом году дело обстоит иначе. Российская элита испытывает страх: не за отечество, а за самих себя. "Все живут с мыслью о том, что надвигается конец света. На карту поставлены судьбы и карьеры", - цитирует автор статьи Маттиас Шепп главного редактора "Новой газеты" Дмитрия Муратова

[http://www. *****/article/18Jul2011/spiegel/med_put. html]

И даже плохая погода ассоциируется с концом света:

На погоду в Москве не повлияет «апокалипсис» в небе [http://*****/daily/25654/817643/]

Т. о. мы видим, что мифологема апокалипсиса широко распространена в СМИ и используется журналистами и политиками для изображения острой напряженной ситуации, возникшей по различным причинам, от угрозы природной или техногенной катастрофы до проигрыша в олимпиаде и экономического кризиса.

Список цитируемой литературы:

1.  Шляпентох, В. Э. Катастрофическое сознание в современном мире в конце XX века (по материалам международных исследований), 1999. URL: http://www. mpsf. org/files/books/nd1156.pdf (15.05.2011).

2.  Шишова, объективация мифологемы пути в современной англоязычной литературе: Автореф. дис. на соиск. учен. степ. к. филол. н.: Спец. 10.02.04 / ; [Рос. гос. пед. ун-т им. ]. - СПб.: 20с.: ил.; 20 см.